Межрегиональное сотрудничество

После распада Советского Союза лидеры центральноазиатских государств предприняли несколько шагов, направленных на создание и укрепление регионального сотрудничества. Стоит отметить, что в последние десять-пятнадцать лет государства центральноазиатского региона, вместе или по отдельности, вступили во многие международные организации для обеспечения своих политических и экономических интересов. Среди них можно упомянуть Содружество независимых государств (СНГ), Евразийское экономическое сообщество (ЕврАзЭС), Организацию «Центральноазиатское сотрудничество» (ЦАС), Организацию экономического сотрудничества (ОЭС), Организацию «Исламская конференция» (ОИК), Центральноазиатский экономический союз (ЦАЭС), Организацию Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), Центральноазиатское региональное экономическое сотрудничество (ЦАРЭС), Шанхайскую организацию сотрудничества (ШОС), ГУУАМ и др. Состав, направления деятельности и даже названия некоторых из этих организаций успели измениться. Например, в 1991 г. все пять центральноазиатских республик приняли решение о создании Центральноазиатского содружества. Это объединение продолжило свое существование под названием Центральноазиатский экономический союз. В 1998 г. он был переименован в Центральноазиатское экономическое сотрудничество, а с 2002 г. стал называться Организация «Центральноазиатское сотрудничество». Россия вошла в ее состав в 2004 г.

С целью развития сотрудничества в торговой и экономической сферах в 1994 г. президенты Казахстана, Кыргызстана и Узбекистана предложили создать центральноазиатскую зону свободной торговли. Также было принято решение об учреждении межгосударственного совета и исполнительного комитета при нем [1]. Помимо этого, государства региона предложили основать Центральноазиатский экономический союз. Таджикистан, перенесший гражданскую войну, присоединился к нему в 1998 г.

Центральноазиатский экономический союз был позже переименован в Центральноазиатское экономическое сообщество. В ходе саммита, состоявшегося в Бишкеке в июне 1999 г., были утверждены рекомендации о принятии эффективных мер для развития экономических взаимоотношений между членами сообщества и о создании единого экономического пространства к 2000 г.

Эти меры принесли определенные результаты. К примеру, Центральноазиатский экономический союз инициировал несколько совместных проектов с участием правительств центральноазиатских государств. К 1995—1996 гг. было подготовлено более 50-ти проектов. Для их финансирования был создан Центральноазиатский банк сотрудничества и развития. В середине 1990-х он предоставил кредиты таким организациям, как узбекской «Фармпром» и кыргызской корпорации «КЭМЗ». Скромный масштаб сотрудничества был в целом обусловлен недостатком финансирования. Страны-участницы сформировали не более двух третей уставного капитала, тогда как приток международных инвестиций так и не начался. Одной из причин было отсутствие государственных гарантий по подобным займам. Кроме того, узбекские предприятия не могли получить кредит, так как сом, национальная валюта Узбекистана, был неконвертируемым в отличие от валют Казахстана и Кыргызстана.

Тем не менее государства признали необходимость регионального экономического сотрудничества, что послужило стимулом к созданию Организации экономического сотрудничества, в которую вошли центральноазиатские страны, а также Турция, Иран и Пакистан. Теперь, помимо территориального соседства, общим фактором стало мусульманство.

В 1994 г. президент Казахстана Нурсултан Назарбаев выдвинул идею создания Евразийского Союза, который объединил бы Россию, Беларусь и Казахстан с целью укрепления безопасности и экономического сотрудничества. Это предложение послужило основой для создания таможенного союза в декабре 1995 г., а в октябре 2000 г. появилась организация, известная как Евразийское экономическое сообщество [2].

Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан также вошли в Шанхайскую организацию сотрудничества, членами которой уже были Россия и Китай. Позже к ним присоединился и Узбекистан, вероятнее всего из-за ожидаемого роста и влияния ШОС. Индия, Пакистан и Иран получили статус наблюдателей в ШОС в 2005 г.

Распад Советского Союза оказал огромное влияние на политическую, социальную и экономическую ситуацию в Центральной Азии. Союзные республики оказались не готовы к такому варианту развития событий, равно как и к «чуждым» системам политической демократии и рыночной экономики. Переход к этим системам был болезненным: он принес хаос и неуверенность. Тем не менее лидеры центральноазиатских республик стремились обеспечить независимость новых государств. Прежние экономические связи были разрушены, а резкое снижение ВВП усугубила гиперинфляция, превысившая 1500% в год. Гражданская война в Таджикистане также негативно отразилась на политической стабильности, экономической активности и социальном спокойствии. Активизация экстремистских движений, поддерживаемых из-за рубежа, стала угрозой для государства и общества.

По мнению некоторых аналитиков и экспертов, в первые годы независимости отмечались укрепление самодостаточности и развитие отношений с западными странами на фоне общего снижения объемов торговли между странами региона и ослабления прежних экономических связей. Кыргызстан и Таджикистан в большей степени зависели от внутрирегиональной торговли, чем, к примеру, Казахстан. В прежние времена основными статьями внутрирегиональной торговли были зерно, нефть, газ и электроэнергия. Доля внутрирегионального торгового оборота значительно сократилась в середине 1990-х гг.: в экономике Узбекистана с 47% до 6%, Туркменистана — с 21% до 10% [3]. К примеру, экспорт зерна из Казахстана в Узбекистан, составлявший 4—5 млн т в год, катастрофически снизился, так как в стремлении к экономической независимости Узбекистан решил периодически закупать зерно в других странах. Уровень торговли между центральноазиатскими странами и другими государствами СНГ также снизился с 60% в начале 1990-х гг. до сегодняшнего уровня — 30%. Более того, заявляя о своем стремлении к сотрудничеству, центральноазиатские страны принимали протекционистские меры и политику ограничения торговли [4]. Некоторые западные обозреватели, включая Спечлера, назвали политику регионального сотрудничества в Центральной Азии сочетанием протекционистских мер и торговых ограничений [5]. Из-за подобных противоречий эту политику называли «скорее теоретической, нежели практической» [6].

В то время как подобная практика могла найти оправдание с позиции отдельных стран, общее представление о региональном сотрудничестве и экономической интеграции было смутным. Эту мысль высказал Серик Примбетов, первый председатель исполнительного комитета Межгосударственного совета Центральноазиатского союза: «Не стоит все измерять только экономическими показателями; наш союз строится больше на духовных ценностях» [7]. Политический дух оказался крепок, а вот экономическая плоть, к сожалению, немощна.

Перспективы регионального сотрудничества

В последние годы перспективы регионального сотрудничества значительно выросли. Этому способствовали несколько факторов. Экономические показатели играют очень большую роль в отношениях между странами региона. В период с 2000 по 2004 гг. экономический рост центральноазиатских государств был весьма впечатляющим. В сравнении с отрицательными темпами роста ВВП десять лет назад и с его низким ростом до 1999 г., в последние пять лет годовой прирост ВВП центральноазиатских стран вырос с умеренного до высокого (таблица 1).

Таблица 1

Экономическая ситуация в странах Центральной Азии

Темпы роста ВВП (% в год)

<1552> Инфляция (% в год)

<1553>

Рост ВВП в 2004 г. был впечатляющим: 10,6% в Таджикистане, 7,1% в Кыргызстане, 9,1% в Казахстане, 7,7% в Узбекистане. Это свидетельствует об улучшении экономической ситуации в регионе.

Также необходимо отметить, что во всех странах региона, за исключением Туркменистана, наряду с заслуживающим уважения экономическим ростом, уровень инфляции в 2004 г. был достаточно низок (4—7%) в отличие от уровня инфляции 2000 г. (13—33%).

Еще один показатель стабильного экономического роста — это курс обмена валюты. Национальные валюты стран региона (за исключением Узбекистана) были достаточно стабильны и в некоторой степени укрепили свои позиции по отношению к доллару. Беспрецедентный рост мировых цен на нефть и газ в последние годы способствовал улучшению финансовой ситуации центральноазиатских республик, в частности Казахстана и Туркменистана. Вследствие этого увеличилась доля инвестиций в энергетический сектор, что способствовало значительному росту добычи нефти и газа в регионе. К примеру, в настоящее время Казахстан ежедневно добывает более 1,1 млн баррелей нефти, 80% которой идет на экспорт.

В случае с Казахстаном и Кыргызстаном экономический рост был достигнут путем экономических реформ. Казахстан завершил большую часть намеченных экономических преобразований, что помогло ему преодолеть негативные последствия кризиса 1990-х гг. Основные задачи — денационализация и приватизация — были выполнены. В настоящее время доля частных предприятий в ВВП страны составляет более 70%. Анна Уокер считает, что своим успехам в финансовом секторе Казахстан обязан проведенным экономическим реформам. По данным Standard & Poor’s, Казахстан находится на третьем месте в СНГ после России и Украины по величине банковских активов. Также стоит отметить, что казахстанские банки контролируют около 50% банков Кыргызстана.

На совместном заседании парламента, состоявшемся 1 марта 2006 года, Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев сделал важное заявление. Он обозначил следующие приоритеты в развитии страны: успешная интеграция Казахстана в мировую экономику, дальнейшая модернизация и диверсификация экономики, социальная защита наиболее уязвимых слоев населения, развитие демократии и модернизация политической системы, сбалансированная внешняя политика и стратегия национальной безопасности, способная противостоять современным проблемам и угрозам [8].

Узбекистан перестроил экономическую политику. Роль государства в управлении экономикой уменьшилась, бремя налогов снизилось [9]. В отчете Международной финансовой корпорации за 2002 г. говорится, что правительство Узбекистана упростило правила получения банковского финансирования для предприятий малого и среднего бизнеса.

Существуют определенные факторы, препятствующие внутрирегиональной торговле. В последнее время товарооборот осуществляется на основе соглашений о двустороннем транзите и взаимовыгодном сотрудничестве между Кыргызстаном и Таджикистаном и между Узбекистаном и Китаем. Казахстан и Кыргызстан обсуждают введение совместного таможенного контроля на пограничном пункте «Кордай — Акжол». По-прежнему важным вопросом остается модернизация транспортной инфраструктуры при поддержке Азиатского банка развития [10]. Сообщается об увеличении транспортных потоков по отремонтированным дорогам по маршруту «Алматы — Ош» через Бишкек. Также развиваются дороги, связывающие кыргызскую транспортную сеть через Душанбе с Афганистаном и пакистанскими портами.

В январе 2006 г. лидеры центральноазиатских стран заинтересовались созданием интегрированной транспортной системы. Международные финансовые организации согласились выделить $1 млрд для реализации этого проекта в период с 2006 по 2008 г. Организация экономического сотрудничества также опубликовала информацию о некоторых достижениях в развитии инфраструктуры. К примеру, была построена железнодорожная линия, соединяющая Центральную Азию с Персидским заливом. Эта магистраль проходит через города Теджен, Серахс, Мешхед и Бендер-Аббас и соединяет Туркменистан с Ираном; она обладает большим потенциалом для развития торговли. В будущем этот маршрут может с успехом использоваться и Индией. Стоит отметить, что при присоединении к ветке «Мешхед — Тегеран» станет возможной связь между Пекином и Тегераном через Урумчи, Алматы и Ташкент. При содействии Организации экономического сотрудничества Узбекистан и Туркменистан подписали соглашения о строительстве газопровода в Пакистан через Афганистан.

Международные организации и финансовые учреждения, в том числе Всемирный банк, МВФ, Европейский банк реконструкции и развития, Азиатский банк развития и Исламский банк развития, расширили свою поддержку центральноазиатским странам с целью стимулирования регионального сотрудничества и экономического роста. В марте 2000 г. Азиатский банк развития (АБР) учредил программу Центральноазиатского регионального экономического сотрудничества (CAREC), которая должна стать ключевым элементом межрегиональных отношений. В период с 2004 по 2006 г. АБР предоставил кредиты для 17-ти проектов на общую сумму $339,4 млн и 33-х программ технической помощи на сумму $18,5 млн. Стоит отметить, что, помимо собственной помощи, АБР предлагает поддержку и участие в финансировании проектов по необходимости. Более того, он собирается расширить рамки проектов и их прибыльность путем приглашения к участию соседних стран и регионов. Такая политика будет способствовать налаживанию экономического сотрудничества между странами Центральной и Южной Азии, в частности Индии. В данном контексте стоит отметить, что программа CAREC имеет практическую направленность и уже принесла ощутимые результаты [11].

Европейский союз также сделал весомый вклад в развитие экономики центральноазиатских стран [12]. В период с 1991 по 2004 г. размер экономической помощи странам региона составил более €1132 млн, выделенных на развитие энергетического сектора, металлургии и переработку сельскохозяйственного сырья. Из них 516 млн было получено через программу ТАСИС [13]. Финансовая помощь Евросоюза также направлена на предоставление странам региона новых возможностей для интеграции в мировую экономику.

В настоящее время существует тенденция к укреплению региональных организаций в Центральной Азии. Примером может служить тот факт, что в октябре 2005 г. Узбекистан объявил о вступлении в Евразийское экономическое сообщество, таким образом сблизившись с остальными странами региона, и в то же время вышел из ГУУАМ, где был единственным представителем Центральной Азии. Соответствующие указы были подписаны президентом Узбекистана Исламом Каримовым в марте 2006 г. [14]. Как уже говорилось, Евразийское экономическое сообщество было основано Казахстаном, Кыргызстаном и Таджикистаном совместно с Россией и Беларусью. В 2005 г. случилось еще одно важное событие — началось слияние Евразийского экономического сообщества и Организации «Центральноазиатское сотрудничество». По мнению политических аналитиков, этот процесс может улучшить экономические отношения и интеграцию в регионе [15].

Япония также является важным партнером центральноазиатских государств. В середине 1990-х гг. Япония оказывала финансовую поддержку проектов в некоторых странах региона, например, проекты модернизации Карагандинского металлургического комбината в Казахстане и установок переработки хлопка в Узбекистане. Японская сторона также финансировала проект реабилитации сельскохозяйственных земель в Казахстане, оставленных после обмеления Аральского моря. Однако в 1997—1998 гг. Япония не смогла получить существенную прибыль в Центральной Азии и частные фирмы, рассчитывавшие на доходный бизнес, были разочарованы. Кристофер Лен считает, что Японии недоставало четкого представления о данном регионе и ее ожидания были слишком завышены [16].

В последние годы отношение Японии к государствам Центральноазиатского региона существенно изменилось. Она выработала политику экономического участия в деятельности энергетического сектора и рассматривает его не как цель, а как средство для улучшения регионального сотрудничества и экономического развития региона в целом. Японские компании принимают участие в разведке и добыче нефти и газа в регионе. В 2004 г. в Японии была принята политическая программа «Центральная Азия плюс Япония». Лен считает, что основной целью этой программы является переход от двусторонних связей к более тесному диалогу со странами региона, где Япония будет выступать лидером, в то же время не прекращая официальное финансирование отдельных проектов на льготных условиях.

Задачи регионального сотрудничества

Несмотря на вышеупомянутые улучшения в развитии межрегиональных отношений, центральноазиатские страны по-прежнему сталкиваются с проблемами на пути к плодотворному сотрудничеству.

Во-первых, это связано с неравномерным развитием экономик центральноазиатских республик в последнее десятилетие. Наибольшее развитие пришлось на долю энергетического и сырьевого секторов — они ориентированы на экспорт и, безусловно, принесли своим странам заработанные тяжелым трудом и столь необходимые деньги. Однако рост других отраслей, таких, как машиностроение, потребительский сектор и даже сельское хозяйство, снизился. Таким образом, центральноазиатские государства оказались крайне зависимы от внешних факторов. К примеру, при снижении мировых цен на нефть и газ финансовое положение республик может пошатнуться. Таким образом, чтобы обеспечить стабильное развитие, правительства стран региона должны стремиться к диверсификации экономики. Иными словами, необходимо переходить от «добычи и экспорта» к «производству и переработке». Возрождение экономики центральноазиатских стран возможно с помощью регионального сотрудничества, необходимого для совершения политических преобразований.

Во-вторых, как уже говорилось, доля внутрирегиональной торговли снизилась в последнее десятилетие и стала совсем незначительной: менее 5—7% от общего внешнеторгового оборота центральноазиатских стран. Экономические связи, налаженные при Советском Союзе, ослабли. Показательным примером может служить резкое сокращение экспорта зерна из Казахстана в Узбекистан. В то же время в странах Центральной Азии процветает так называемая «челночная торговля», выгодная розничным продавцам, в которую вовлечены даже женщины. В 1990-х гг. этот неофициальный бизнес составлял 20—30% от общего объема внутрирегиональной торговли. Таким образом, потенциал для увеличения товарооборота существует. Несмотря на то, что объемы «челночной торговли» незначительно сократились, она продолжает развиваться и торговцы не платят таможенных пошлин. Это наносит ущерб государственному бюджету. Таким образом, еще одна задача состоит в том, чтобы существенно снизить (если не полностью ликвидировать) «челночную торговлю» и развивать официальные торговые отношения между странами региона.

В-третьих, значительную роль в укреплении регионального сотрудничества могут сыграть предприятия малого и среднего бизнеса, в том числе легкая и пищевая промышленность. Однако этот бизнес не очень развит в центральноазиатских странах; более того, его доля в последнее десятилетие сократилась. Тем не менее в регионе существует значительный потенциал для развития этой отрасли. Следовательно, задача состоит в том, чтобы преодолеть препятствия и поощрять развитие предпринимательских и управленческих навыков в сфере малого и среднего бизнеса, который будет способствовать рациональному росту рыночной экономики в Центральной Азии.

В-четвертых, сложная ситуация в 1990-х гг. вынудила центральноазиатские государства сосредоточиться на внутренних вопросах и предпочесть национальные интересы региональным. В качестве свидетельства можно привести политику совместного пользования водными и энергетическими ресурсами. Вода играет крайне важную роль в жизни и экономическом развитии этого региона, находящегося в полупустынной и пустынной зонах. Главными реками региона являются Амударья и Сырдарья, и совместное использование их водных ресурсов стало одним из спорных вопросов. Кыргызстан и Таджикистан расположены в гористой местности в верхнем течении рек и не испытывают недостатка в воде. Но из-за относительно небольших размеров территории и низкой численности населения их потребность в воде невелика по сравнению с Узбекистаном и Туркменистаном. Эти большие по территории страны лежат в нижнем течении рек и нуждаются в большем количестве воды для ирригации. По информации аналитиков, в регионе случались конфликты, когда Кыргызстан использовал речную воду для гидроэлектростанций, что приводило к сокращению водоснабжения в Узбекистане и негативно отражалось на урожаях хлопка и зерна. В ответ Узбекистан сократил поставки газа в Кыргызстан. Между Узбекистаном и Туркменистаном также имели место конфликты из-за совместного пользования водными ресурсами Амударьи [17]. Несмотря на то, что разногласия были улажены после вмешательства президентов двух стран, это повлияло не только на двусторонние отношения, но и на обстановку в регионе в целом. Специалисты считают, что нерациональные методы ирригации в последние десятилетия привели к перерасходу воды. Таким образом, регулирование объема и распределения воды для орошения не только желательно, но и обязательно для развития сельского хозяйства. В то же время чрезмерное водопотребление из рек Амударья и Сырдарья привело к обмелению Аральского моря. По данным доклада ООН, в период с 1960 по 2005 г. объем воды в Аральском море сократился на 75%. Это, в свою очередь, вызвало серьезные экологические проблемы, повлиявшие на жизнь и экономику Центральноазиатского региона. Так, возросло число легочных и раковых заболеваний, увеличилась детская смертность и т.п. Продолжительность жизни в республике Каракалпакстан сильно сократилась за последние десятилетия. По мнению Сандры Постел, «…страны должны найти способ справедливого разделения не только водных ресурсов, но и прибылей от их использования». Отдельные международные организации проводили форумы для обсуждения вопросов водопользования, однако результаты не были особо впечатляющими. К примеру, форум по проблемам Каспийского моря, созданный с целью контроля загрязнения в Каспийском регионе, не принес ощутимых результатов. Это еще одна задача для лидеров Центральноазиатского региона и международных организаций, в том числе для Всемирного банка, который предоставляет техническую и финансовую поддержку для предотвращения дальнейшего обмеления Аральского моря. Решение этих проблем требует коллективного подхода и сотрудничества между всеми странами региона.

В-пятых, на обстановку в регионе также влияют фундаментализм, контрабанда наркотиков и торговля людьми. Последние события в городах Ош и Андижан свидетельствуют о социальной уязвимости стран региона. Некоторые эксперты считают, что эти проблемы тесно связаны с бедностью и экономическим неравенством. К примеру, 25—30% населения в Таджикистане, Кыргызстане и Узбекистане живут за чертой бедности, причем больше всего страдает сельское население. Однако в одиночку решать подобные проблемы крайне тяжело. Хотя пути решения проблемы и существуют, усилия стран региона весьма неравномерны. Эффективное решение подобных вопросов — главная задача центральноазиатских стран. В последние пятнадцать лет между прикаспийскими государствами, в частности Казахстаном и Туркменистаном, имели место политические разногласия в связи с использованием энергоресурсов Каспийского моря [18]. Туркменистан и Узбекистан конкурируют за рынки экспорта и увеличение экономической прибыли. Предложение России о создании газового альянса, включающего Казахстан, Туркменистан и Узбекистан, может способствовать экономической интеграции. Таким образом, нарастает необходимость укрепления регионального сотрудничества между странами региона для совместного решения подобных задач.

В-шестых, всеобщая эйфория в первые годы независимости способствовала созданию нескольких региональных организаций. По мнению некоторых аналитиков, многочисленные организации и дублирующие друг друга международные торговые соглашения не стимулируют развитие регионального сотрудничества. Скромные результаты деятельности некоторых организаций вызвали скептическое отношение к ним, что также не способствует укреплению отношений между странами. Это еще одна проблема для региона. Тем не менее стоит отметить, что некоторые организации, как, например, Евразийское экономическое сообщество и Шанхайская организация сотрудничества, внесли значительный вклад в укрепление межрегиональных отношений: в частности, ШОС формулирует такое основное направление своей деятельности, как «борьба с терроризмом и экономическое развитие». Существует мнение, что участие в ШОС России и Китая способствует усилению безопасности и многостороннего сотрудничества, что может стабилизировать региональное взаимодействие в Центральной Азии. В то же время не стоит забывать, что экономическое развитие центральноазиатских государств — это сложная и серьезная задача и инвестиционных возможностей России и Китая недостаточно, чтобы удовлетворить потребности всего региона [19]. Экономическое развитие стран Центральной Азии требует времени, и вступление Индии, Пакистана и Ирана в ШОС, даже на правах наблюдателей, может укрепить позиции этой организации и способствовать достижению поставленных целей.

В-седьмых, получив независимость, центральноазиатские государства предпочли решению региональных задач защиту собственного суверенитета и национальных интересов. По мнению экспертов, некоторые лидеры не захотели «признавать полномочия надгосударственных организаций, так как болезненно относились к укреплению собственной независимости». Такое отношение повлияло на эффективность деятельности региональных и наднациональных организаций в Центральной Азии. В этой связи Мартин Спечлер полагает, что на Западе наднациональные организации послужили катализаторами для объединения национальных экономик в единые региональные блоки. Такой подход способствовал экономическому развитию каждой страны и регионов в целом. При этом независимость западных государств не пострадала. Этот опыт особенно актуален для стран Центральной Азии. Но считается, что центральноазиатские государства находятся лишь на начальной стадии развития регионального сотрудничества, и для его укрепления лидеры этих стран и международные организации должны постараться соотнести интересы отдельных государств с усилиями наднациональных организаций. Необходимо развеять возможные заблуждения лидеров республик в том, что наднациональные организации нанесут ущерб суверенитету их стран.

И, наконец, по мнению Д.А.Трофимова, в 1990-х гг. не было найдено адекватного решения национально-территориальных и пограничных вопросов. Это привело к снижению взаимного доверия между населением республик и существенно повлияло на стабильность в регионе. Трофимов считает, что кризисные моменты в отношениях между Узбекистаном и Таджикистаном, а также Узбекистаном и Кыргызстаном обусловлены политической неготовностью сторон к долгосрочным компромиссам [20]. Некоторые исследователи утверждают, что борьба за лидерство между Узбекистаном и Казахстаном негативно влияет на региональное сотрудничество в Центральной Азии [21]. Кроме того, Анара Табышалиева считает, что после обретения независимости центральноазиатские страны столкнулись с проблемой религиозной нетерпимости и социальной разобщенности, чему способствовало отсутствие эффективного взаимодействия [22]. Таким образом, перед лидерами государств стоит задача устранить взаимное непонимание и стимулировать развитие регионального сотрудничества. Для разрешения этих важных вопросов необходима политическая воля лидеров, готовность встретить проблему лицом к лицу. Программы стабильного развития также могут способствовать снижению напряженности.

Индия и региональное сотрудничество со странами Центральной Азии

Во внешней политике Индии большое внимание уделяется отношениям с государствами Центральной Азии. Со всеми пятью республиками поддерживаются теплые и дружественные отношения.

Со своей стороны Индия прилагает усилия для развития торговых отношений со странами региона и стремится внести свой вклад в их экономическое развитие. Объем торговли между Индией и центральноазиатскими республиками в 2004—2005 гг. превысил $200 млн, что в шесть раз больше, чем в 1996—1997 гг. ($32 млн).

Объем торгового оборота с Казахстаном составляет 35—40%, за ним идут Узбекистан и Кыргызстан (17—20% у каждого), далее Туркменистан и Таджикистан (15—18%). В общем товарообороте объем экспорта из Индии в Центральную Азию составляет 60—70%, а импорта в Индию — 35—40%. Таким образом, Индия сохраняет положительный торговый баланс. В последние годы зафиксирован умеренный рост индийского экспорта в центральноазиатские страны, тогда как экспорт из Центральной Азии в Индию возрос незначительно. Стоит отметить, что в общем объеме внешней торговли центральноазиатских республик доля Индии составляет всего 0,5%. Индия в основном экспортирует товары народного потребления, такие, как чай, кофе, табак, специи, фармацевтическую продукцию, бумагу и т.п. Из Центральной Азии она ввозит черные, цветные и полудрагоценные металлы, хлопок и синтетические ткани.

Индия одной из первых подписала соглашения о сотрудничестве и внешней торговле со всеми странами региона после обретения ими независимости. Таким образом, она подтвердила статус «наиболее благоприятствуемой страны» в сфере взаимной торговли. Индия также старается укрепить экономические отношения путем создания в регионе совместных предприятий. Во всех странах региона были созданы объединенные комиссии для определения и изучения перспективных областей сотрудничества [23]. В 1990-х гг. правительство Индии предоставило кредиты на сумму $5—10 млн для поддержки совместных предприятий в каждой центральноазиатской республике. Индийские компании приняли активное участие в создании совместных предприятий в Узбекистане и Казахстане, в частности в фармацевтической и сельскохозяйственной отраслях.

По данным Фатиха Тешабаева, в Узбекистане зарегистрированы 47 совместных предприятий с участием индийского капитала и 24 компании, в которых доля индийского участия составляет 100% [24]. Эти предприятия занимаются преимущественно производством товаров народного потребления, фармацевтической продукции и посуды, а также переработкой сельскохозяйственного сырья, упаковкой чая и модернизацией текстильных фабрик. Большое значение имеют проекты индийской государственной нефтегазовой компании ONGC Videsh в Туркменистане и Казахстане. Кроме того, в рамках Международной программы технического и экономического сотрудничества более 1000 студентов из центральноазиатских стран прошли обучение в Индии по специальностям «дипломатия», «банковское дело», «торговля», «финансы» и «менеджмент» [25].

Однако, несмотря на эти шаги, товарооборот и экономические связи были недостаточно развиты. Возможно, это частично объясняется тем, что в 1990-х гг. страны Центральной Азии были заняты разрешением внутренних экономических проблем и преодолением социально-политической нестабильности. Ощущался недостаток информации об объемах торговли и препятствиях на пути развития торговых отношений с этими странами. Кроме того, центральноазиатские государства не имеют выхода к морю, и доступ на международные рынки остается экономической проблемой.

Индия имеет возможность расширения экономического сотрудничества с Центральной Азией в энергетическом секторе. Стоит отметить, что представители Индии присутствовали на встрече в Ашгабаде в феврале 2006 г., когда обсуждался вопрос строительства газопровода из Туркменистана в Афганистан и Пакистан. Индийский рынок сбыта газа может стать дополнительным стимулирующим фактором в реализации этого проекта. Туркменистан уже поставляет на мировые рынки нефть и сжиженный газ через Иран. Казахстан также заключил с Ираном товарообменные соглашения, согласно которым нефть поставляется в северные иранские порты. Иран, в свою очередь, экспортирует эквивалентное количество нефти через свои южные порты. Индии стоит исследовать возможности получения казахстанской и туркменской нефти по этим каналам. Также имеет смысл проанализировать возможность импорта нефти из Казахстана, так как проект строительства нефтепровода «Баку — Джейхан» практически завершен [26]. Учитывая дружественные отношения между Индией и Россией, индийским предпринимателям стоит рассмотреть возможность реализации совместных проектов с такими российскими компаниями, как «Газпром», «Роснефть», и участниками центральноазиатского энергетического сектора. В этой связи стоит отметить, что ONGC Videsh сотрудничает с российской компанией «Итера» в сфере разработки 26-ти нефтяных месторождений в России [27]. Также, учитывая опыт Японии, представляется перспективным изучение возможностей участия индийских компаний в таких отраслях энергетического сектора, как разведка, добыча, переработка и сбыт нефти и нефтепродуктов.

По мнению Дмитрия Косырева, предложения, сделанные индийскими представителями на втором саммите ШОС в Москве в октябре 2005 г., вызвали большой интерес. Отдельные проекты в сфере экономики и безопасности, предложенные премьер-министром Индии, могут быть рассмотрены на саммите ШОС, который состоится в Пекине в 2006 г. [28]. К примеру, Индия заинтересована в создании транспортного коридора «Север — Юг», проходящего через Афганистан и Пакистан. Индийским предпринимателям необходимо приложить усилия для создания совместных предприятий с частными и государственными компаниями в регионе, чтобы удовлетворить потребность промышленных предприятий и организаций в информационных технологиях. Стоит принять во внимание возможность организации обучения в этой сфере. По словам Дмитрия Косырева, члены ШОС приветствуют участие Индии в развитии информационных технологий в их странах.

Крупным индийским текстильным компаниям также стоит рассмотреть возможность создания совместных предприятий в сфере хлопчатобумажного и текстильного производства.